Передача и сбыт электроэнергии - совмещать нельзя, разделять

16 апреля 2015

В последнее время все чаще раздаются призывы снять законодательный запрет на совмещение деятельности по передаче и купле-продаже электроэнергии, порой приходится слышать, что сбытовая функция является чуть ли не лишним звеном в цепочке производства, передачи и сбыта электроэнергии. В этой связи хотелось бы напомнить о предпосылках разделения видов деятельности при реформировании электроэнергетики России, рассказать о роли энергосбытовых компаний и негативных последствиях совмещения функций сбыта и передачи электроэнергии.

Краткий экскурс в историю реформы электроэнергетики России Существовавшая до реформы структура субъектов и организация отношений между ними в розничном сегменте электроэнергетики России не обеспечивала ни эффективного функционирования и развития отрасли, ни стимулирования к энергосбережению. Среди основных недостатков электроэнергетики до проведения рыночных преобразований можно выделить следующие: — отсутствие у нераспакованных АО-энерго стимулов к повышению эффективности и качеству оказываемых услуг; отсутствие поля для равной конкуренции оптовой генерации и объектов, входящих в структуру АО-энерго — полная стоимость производства электроэнергии в цене покупки с оптового рынка фактически сравнивалась с топливными издержками электростанций АО-энерго, т.к. их постоянные издержки уже были включены в конечные тарифы в полном объеме; отсутствие стимулов к рациональному потреблению электроэнергии; высокий уровень потерь электроэнергии, которые могли достигать в отдельных регионах 40% объема отпущенной электроэнергии; низкая инвестиционная привлекательность розничного сегмента отрасли — фактическая невозможность привлечь частные инвестиции в структуру с непрозрачной системой издержек. Как следствие, происходило старение основных фондов при отсутствии источников инвестиций, загрузка оптовых станций была неэффективной, у потребителя не было возможности выбора поставщика, наблюдался растущий уровень перекрестного субсидирования. Таким образом, одними из основных целей реформы являлись повышение эффективности предприятий электроэнергетики и создание системы рыночных отношений в конкурентных видах деятельности для привлечения инвестиций. В связи с этим важной задачей реформирования электроэнергетики являлось разделение отрасли на естественно-монопольные (передача, оперативно-диспетчерское управление) и конкурентные (производство, сбыт) виды деятельности как необходимое условие формирования рыночных отношений. Эти идеи были отражены в ФЗ-35 «Об электроэнергетике» и ФЗ-36 «Об особенностях функционирования электроэнергетики и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.03. Снятие запрета на совмещение деятельности по передаче электрической энергии с деятельностью по производству и (или) купле-продаже электрической энергии фактически будет являться отказом от основных принципов реформы, приведет к восстановлению неэффективных вертикально-интегрированных структур АО-энерго и, как следствие — к возврату вышеперечисленных негативных явлений.

Энергосбытовая компания — «единое окно» для потребителей После реформы энергосбытовые компании стали основным связующим звеном между потребителями и энергетической отраслью. Именно энергосбыт выступает в качестве представителя всей электроэнергетики в отношениях с розничными потребителями и является для них «единым окном». Абонентов мало интересуют нюансы ценообразования, на каком этапе находится реформа в отрасли и каковы объемы инвестиционных программ. Они могут не знать, какие сетевые организации участвуют в процессе передачи электроэнергии до их энергопринимающих устройств (во многих регионах насчитывается до сотни ТСО, с которыми сбыт организует работу). Но потребители точно знают, к кому они могут обратиться по любым интересующим вопросам — к своей энергосбытовой компании. Свои претензии потребители высказывают гарантирующему поставщику, который в соответствии с договором энергоснабжения несет всю полноту ответственности и самостоятельно регулирует претензии к сетевым организациям или производителям. Например, сбытовая компания выступает от имени потребителей в отношениях с сетями в случае аварийного отключения электроэнергии. Она обязана компенсировать потребителю убытки, после чего в порядке регресса имеет право требовать возмещение от сетевой организации. Тем самым снижаются риски потребителей от общения с монополистом — сетевой организацией. Сбытовая компания знает нормы законодательства (весьма сложного) и потому может защитить интересы потребителя при спорах с сетевой организацией лучше, чем он сделал бы это сам. В настоящий момент потребитель должен вступать в отношения с сетевыми организациями только на этапе технологического присоединения — и именно это является наиболее болезненной темой.

По сути, потребитель остается с сетевой организацией один на один и не способен адекватно противостоять ее завышенным требованиям и затягиванию сроков. Целесообразно дать право потребителю при желании привлекать сбытовую компанию для представления ее интересов и в процессе технологического присоединения.

Энергосбыт как буфер между неплательщиками и энергокомпаниями Сбытовые компаний принимают на себя большую часть рисков неплатежей потребителей и являются для генерирующих и сетевых организаций своеобразным буфером, отделяющим их от неплательщиков. Производители экономически не заинтересованы напрямую общаться с каждым конечным потребителем (за редким исключением — когда они связаны договорными отношениями). Сетевых организаций в десятки раз больше, чем сбытовых, и зачастую в цепочке оказания услуг по передаче находится несколько сетевых организаций — ФСК, МРСК и несколько ТСО. Каждый из этих субъектов не может иметь отдельный договор с потребителем на свою часть конечного тарифа: это сродни тому, как если бы поставщики комплектующих для автомобиля должны были сами договариваться с каждым автовладельцем о сроках и порядке оплаты. В настоящее время уровень оплаты на оптовом рынке электроэнергии и мощности со стороны ГП- энергосбытовых компаний составляет почти 100%. Выбиваются из общей картины регионы Северного Кавказа, где функции гарантирующих поставщиков выполняет ОАО «Россети». Доля Северо-Кавказского федерального округа в общей структуре задолженности на ОРЭМ является наибольшей (рис. 1). По состоянию на середину февраля 2015 г. в структуре задолженности на ОРЭМ из 36 млрд руб. задолженности гарантирующих поставщиков 29 млрд руб. составляют долги ГП дочерних и зависимых обществ ОАО «Россети», около б млрд руб. — ОАО «Волгоградэнергосбыт» (чьи неплатежи являются следствием долга крупнейшего должника на розничных рынках ОАО «Химпром»), на прочих гарантирующих поставщиков приходится около 1 млрд руб. Напрашивается вывод, что присутствие сетевых компаний в энергосбытовом секторе не помогает решить проблему неплатежей, а эффективность выполнения сетями сбытовых функций сомнительна. Между тем дебиторская задолженность на розничных рынках электроэнергии (РРЭ) продолжает увеличиваться. Так, с начала года долги на рознице выросли до 200 млрд руб. (см. таблицу). Долги потребителей (в том числе обязательства сетевых организаций по компенсации сбытам технологических потерь) приводят к образованию многомиллиардных кассовых разрывов, которые сбытовые компании покрывают за счет банковских кредитов. Причем сложность их получения и стоимость обслуживания в последние три месяца значительно выросли из-за повышения ключевой ставки Центробанка. Также надо учитывать, что конкуренция за крупных потребителей в целом уже состоялась. Некоторые холдинги покупают электроэнергию через специально созданные энергосбытовые структуры, некоторые предпочли уйти с рынка и развивать собственную генерацию. Гарантирующие поставщики вынуждены подхватывать неплатежеспособных потребителей, формирующих основной объем задолженности, работа с которыми для сбыта невыгодна. Соответственно представляется маловероятным, что сетевая компания будет заинтересована работать с такими потребителями, а также то, что дефицит средств у сетей при совмещении функций станет меньше, чем сейчас.

Отрицательный эффект от совмещения функций передачи и сбыта электроэнергии Отмена запрета на совмещение деятельности по передаче и купле- продаже электроэнергии повлечет ряд негативных последствий как для потребителя, так и для отрасли в целом. Во-первых, совмещение сбыта и передачи электроэнергии одним лицом приведет к возможности такого лица создавать для конкурирующих с ним энергосбытовых компаний дискриминационные условия осуществления сбытовой деятельности. В первую очередь это может выражаться в переносе сбытовых издержек в тариф на передачу. Кроме того, сетевые организации могут дискриминировать потребителей сбытовых компаний в вопросах оказания услуг по передаче. Во-вторых, для потребителя станет проблематичной смена поставщика, если тот совмещает деятельность по передаче и сбыту. Потребитель может столкнуться с серьезными ограничениями своих прав, в частности с нежеланием сетевой организации — ГП, от которой он намерен уйти к другому поставщику, подключить дополнительную мощность, или со снижением качества электроэнергии. В-третьих, разрешение на совмещение деятельности по передаче электроэнергии с энергосбытовой деятельностью создает сильные стимулы к манипулированию объемами потребления и потерь, т.к. устраняется конфликт интересов по определению объемов электроэнергии, переданных в точке поставки от одного субъекта электроэнергетики другому. Если сетевая организация продает электроэнергию не всем потребителям, а лишь некоторым присоединенным потребителям, то возникают экономические стимулы для занижения стоимости у абонентов, приобретающих электроэнергию у сетевой организации (для повышения их лояльности), и перекладывания затрат через тариф на передачу на остальных потребителей, подключенных к сетям данной сетевой организации, но обслуживаемых иными энергосбытовыми организациями. Кроме того, если для расчетов с потребителем используются приборы учета, установленные ТСО в ее электроустановках, то фактически в ситуации конфликта по поводу данных коммерческого учета, полученных с этих приборов, потребитель, приобретающий электроэнергию у сетевой организации, не имеет стороны, которая могла бы действовать в его интересах. В-четвертых, совмещение функций сбыта и передачи электроэнергии создаст риск для выполнения основной деятельности сетевой организации. Деятельность сбытовых компаний может быть вполне рискованной. Например, заключив с потребителем договор с фиксированной ценой, при ухудшении рыночной конъюнктуры на оптовом рынке сбытовая компания получит убытки. Наложение таких дополнительных рисков на сетевую организацию в случае совмещения деятельности по передаче со сбытовой влечет ухудшение ее финансового состояния и, как следствие, дефицит средств на техническое обслуживание, строительство и реконструкцию сетей. В-пятых, в случае снятие запрета на совмещение деятельности по сбыту и передаче генерирующие компании столкнутся с риском неполной оплаты произведенной электроэнергии от ГП-сетей, поскольку последние будут заинтересованы в первую очередь получить свою долю за услуги по передаче, а оплата задолженности на оптовом рынке будет осуществляться по остаточному принципу. Подтверждает это опасение низкая платежная дисциплина на ОРЭМ регионов Северо-Кавказского ФО, в которых функции гарантирующих поставщиков выполняют структуры ОАО «Россети». Существуют и другие причины, по которым совмещение функций сбыта и передачи в одной компании может иметь нежелательные последствия для отрасли, в том числе в отношении ее инвестиционной привлекательности и финансовой устойчивости. Гарантией притока инвестиций является развитие рыночных отношений, повышение конкуренции, стабильность и предсказуемость государственной политики в развитии электроэнергетики. Очевидно, что отмена запрета на совмещение сбытовой и сетевой функций будет воспринята инвесторами как очередное существенное изменение курса государственной политики в электроэнергетике, которое значительно повышает риск потери вложенных средств в энергосбытовые активы (в частности, в активы гарантирующих поставщиков). При этом потеря инвестиций с большой долей вероятности вызовет рост операционных издержек, разрушение действующей энергосбытовой бизнес-модели, что в итоге может привести к увеличению стоимости электрической энергии для конечных потребителей — физических и юридических лиц.

Совмещение функций сбыта и передачи электроэнергии только усугубит старые проблемы отрасли Предложение об отмене запрета на совмещение функций передачи и купли-продажи электроэнергии выглядит несколько странным с учетом того, что эффективность выполнения сетевыми организациями своей основной деятельности в последнее время ставится под сомнение различными контрольными органами. Возможно, прежде чем обсуждать идею о разрешении совмещать деятельность по купле-продаже и передаче электроэнергии, стоит оптимизировать издержки сетевых организаций и снизить нагрузку сетевой составляющей на тариф. В настоящее время доля услуги по передаче в конечной цене составляет около 50%, и это сильно отличается от того, как распределены в цене электроэнергии затраты компаний за рубежом. В мае 2014 г. Европейский союз электроэнергетической промышленности (EURELECTR1C) опубликовал исследование об основных драйверах роста цен на электроэнергию в странах ЕС. Как показал анализ, сетевая составляющая для промышленных потребителей равняется 21% конечной цены, для населения — 25%. В Великобритании, по данным Бюро по газовому и энергетическому рынкам (Office of Gas and Electricity Markets, затраты на реконструкцию, строительство и обслуживание сетей в счете потребителя составляют 24% (рис. 2). Такая колоссальная разница между сетевой долей в конечной цене за рубежом и аналогичным показателем в России говорит о том, что у российских сетевых компаний есть хороший потенциал для повышения эффективности расходов. Возможно, законодателям следует сосредоточиться на поиске путей оптимизации инвестиционных программ сетевых компаний и решении других проблем отрасли (например, на сокращении объема «вынужденной» генерации), а не пересматривать устоявшиеся рыночные принципы о разделении монопольных и конкурентных видов деятельности, что только усугубит старые проблемы отрасли.

Комментарий члена Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, члена Комитета по экономической политике, руководителя рабочей группы Совета Федерации по энергетике, энергосбережению энергетической эффективности Виктора Рогоцкого

Проблемы развития рынка электроэнергии и мощности, его состояние и перспективы, наверное, один из самых сложных и обсуждаемых вопросов рыночной экономики Российской Федерации. Основным итогом реформы можно считать либерализацию энергетики и создание оптового рынка электроэнергии и мощности; заложены основы розничного рынка. В настоящее время мы находимся в процессе, целью которого является создание конкурентного и прозрачного рынка под разумным влиянием государства, ориентированного на саморегулирование, сбалансированного с точки зрения интересов всех сторон — и генерации, и сетевой инфраструктуры, и потребителя, и, конечно, государства — в вопросе энергетической безопасности. Постоянно находиться «в процессе» невозможно, нам нужны реальные результаты, достижение конкретных целей и решение поставленных задач. Не секрет, что сейчас наиболее остро стоит вопрос платежной дисциплины конечных потребителей энергоресурсов. Ситуация складывается серьезная, приближающая нас к уровню расчетов 1998 г., что в полной мере может нивелировать все позитивные изменения последних лет и привести энергетиков к состоянию фактической невозможности в полной мере исполнять принятые обязательства перед потребителями. Я имею в виду и качественное и надежное энергоснабжение, и льготное подключение к инфраструктуре и т.д. Естественно, вполне логично предположить, что общая экономическая ситуация тоже вносит свой вклад в увеличение проблемных моментов для энергетики. Снижение темпов развития экономики и рост инфляции снижают платежеспособность потребителей, что приводит к возрастающей нагрузке на гарантирующих поставщиков, которые, в свою очередь, вынуждены привлекать кредитные ресурсы на сумму возникающих кассовых разрывов, связанных со снижением уровня платежной дисциплины потребителей. Особое значение этот вопрос приобрел после увеличения базовой ставки ЦБ, что привело к более чем существенному удорожанию кредитных средств. В данной ситуации гарантирующие поставщики стали финансовым буфером между потребителями и генерацией, однако долго такая ситуация продолжаться не может. У каждого сегмента экономики, я не говорю уже про отдельных участников рынка, есть предел прочности, и в итоге, чтобы волна неоплат не захлестнула генерирующие и инфраструктурные компании, необходимо принимать срочные меры. И тут необходим комплекс мер. С одной стороны, это законодательное усиление ответственности потребителей энергоресурсов и количества возможных санкций к злостным неплательщикам, с другой — субсидирование процентной ставки по кредитам или льготное кредитование энергосбытовых компаний. Уже неоднократно высказывались предложения по внесению изменений в законодательство в части допущения возможности совмещения монопольного и конкурентного видов деятельности в электроэнергетике, что, на мой взгляд, недопустимо и может перечеркнуть все положительные итоги реформы и вернуть монополизацию энергетики, правда, возможно, уже не государственными компаниями, а частными предприятиями... Какими последствиями такая ситуация грозит экономике, наверное, даже сложно представить. По моему мнению, необходимо усилить роль энергосбытового сегмента электроэнергетики как полноправного представителя потребителя на оптовом рынке, в том числе в вопросах взаимодействия с сетевыми организациями по технологическому присоединению. Баланс интересов, или золотая середина (как угодно можно назвать форму реального рынка электроэнергии и мощности, к которой мы должны стремиться), и я не сомневаюсь, что этих целей можно достигнуть.

Экспертное мнение по проблеме дебиторской задолженности генерального директора ОАО «Кузбассэнергосбыт» Леонида Петрова

К марту 2015 г. ситуация, связанная с увеличением дебиторской задолженности потребителей за услугу электроснабжения, достигла критического уровня. На сегодня общая задолженность составляет более 2,6 млрд руб., что является историческим максимумом для ОАО «Кузбассэнергосбыт». К сожалению, проблема эта коснулась не только нашей компании, она является типичной для всех гарантирующих поставщиков, работающих на территории Российской Федерации.

Резко возросшая дебиторская задолженность существенно повлияла на величину кассового разрыва, который вырос уже до 1 млрд руб. Это заставило нас значительно увеличить объемы привлекаемых для закрытия разрыва кредитных средств. До декабря 2014 г. нам удавалось выстраивать отношения с банками таким образом, чтобы предлагаемых заемных средств было достаточно для оплаты приобретаемой электрической энергии на оптовом рынке в полном объеме. Но сложившаяся напряженная ситуация в экономике страны внесла свои коррективы в нашу работу, и, к сожалению, не в лучшую сторону.

В конце прошлого года мы столкнулись с отказом банков в предоставлении кредитов на фоне роста цен на покупку электроэнергии и мощности на оптовом рынке, и впервые за всю историю работы ОАО «Кузбассэнергосбыт» не смогло своевременно внести платеж на оптовый рынок. После долгих переговоров один из банков возобновил выдачу кредитных ресурсов со значительным увеличением процента. Однако ситуация с неплатежами продолжает усугубляться. Сегодня компания вынуждена работать в таких условиях, когда неплательщику гораздо выгоднее не оплачивать долг за электроэнергию, чем, например, принять решение о кредитовании и за счет привлеченных средств рассчитаться с гарантирующим поставщиком. Выгоднее вовсе не платить, поэтому столкнувшись с финансовыми трудностями, многие предприятия просто отказались от выполнения договорных условий. Брать кредит выходит дороже. Объемы же привлекаемых гарантирующим поставщиком кредитных средств тоже не могут расти до бесконечности. В условиях растущей дебиторской задолженности недалек тот час, когда компания не справится с обеспечением обслуживания таких больших займов. Это приведет к тому, что мы не сможем производить своевременный расчет с сетевыми компаниями за услугу по передаче электрической энергии. В свою очередь, такая ситуация создает все предпосылки для реальной угрозы энергоснабжения региона. Сетевые компании, сталкиваясь с недополучением средств, вынуждены сворачивать свои планы по реконструкции, ремонту линий электропередачи и прочего сетевого оборудования, обеспечивающего бесперебойную транспортировку электроэнергии конечному потребителю. Считаю, что в сложившихся условиях необходимо системно, на государственном уровне ускорить внесение изменений в действующее законодательство: ввести обязательный механизм финансовых и бюджетных гарантий для «неотключаемых» потребителей, ужесточить меры воздействия на тех, кто грубо нарушает условия договоров электроснабжения в части оплаты за потребленный ресурс. Отмечу, что требования к платежной дисциплине, предъявляемые к покупателям электроэнергии и мощности на оптовом рынке с начала 2015 г., смягчены по отношению к таковым в 2014 г. В 2014 г. в случае нарушения требований к оплате на оптовом рынке покупатель обязан был предоставить финансовые гарантии как подтверждение обязательств по оплате товара. Однако в связи со сложной экономической обстановкой в стране в январе и феврале система предоставления финансовых гарантий была временно отменена. С марта до конца мая предусмотрено увеличение предельного уровня недоплаты с 0,3 до 30% от величины обязательств в соответствующую дату платежа, т.е. если доля недоплаты превысит обозначенные 30%, покупатель должен предоставить финансовые гарантии. При этом неустойка за нарушение сроков и размера оплаты увеличена с 2/225 до 3/225 ставок рефинансирования. Это около 40% годовых. Одновременно с этим на розничном рынке пеня в отношении потребителей, нарушивших договорные условия с гарантирующим поставщиком в части оплаты потребляемого ресурса, в настоящее время составляет 1/300 ставки рефинансирования. Даже при условии увеличения штрафных санкций неплательщиков на рознице до 1/170 ставки рефинансирования, т.е. до 17% годовых, которые рассматриваются регулирующими органами в части внесения изменений в нормативно-правовые акты, начисление пени розничным неплательщикам по данной схеме не сможет компенсировать величину пени, оплачиваемой на оптовом рынке гарантирующим поставщиком при нарушении платежной дисциплины. Очевидно, что платежная дисциплина гарантирующего поставщика на оптовом рынке имеет прямую зависимость от своевременности поступления денежных средств от розничных потребителей. Таким образом, необходимо привести в соответствие меры воздействия на неплательщиков оптового и розничного рынков, чтобы гарантирующие поставщики не несли ответственность в большем объеме, чем их дебиторы.

журнал Энергорынок

119435, г. Москва, ул. Малая Пироговская, д. 13, стр. 1, офис 401             

office@npgp.ru

тел: +7 (495) 777-25-16


Бесплатный звонок

Заполните поля ниже и в ближайшее время наш менеджер свяжеться с Вами.